Как и у любого элемента американской шоу-политики, у антироссийских санкций должен был рано или поздно появиться свой собственный узнаваемый бренд. Если у политического явления нет бренда, то его как бы и не существует в общественном сознании. Поэтому, например, Трамп — сам себе бренд, и у этого бренда даже есть слоган: «Сделаем Америку великой снова».

Для антироссийских санкций придумали не менее яркий и довольно запоминающийся бренд — «санкции из ада». Авторство принадлежит Линдси Грэму, сенатору-республиканцу от штата Южная Каролина. Американские СМИ, которые видели текст билля о санкциях до его официальной публикации, утверждают, что он полностью оправдывает свое неформальное название. Аналитики Barclays даже указали на «радикальный» сценарий претворения в жизнь наиболее жестких предложений, фигурирующих в этом законопроекте. Среди них, помимо прочего, есть введение финансовых ограничений против российских госбанков

«Самая радикальная версия санкций, в которой под санкции попадают транзакции со всеми российскими государственными банками, будет иметь серьезные последствия для всей российской экономики. Что может быть еще более болезненным, чем санкции против суверенного (российского. — Прим. авт.) госдолга», — заявила агентству деловой информации Блумберг экономист Barclays Capital в Лондоне Лиза Ермоленко.

В аналитической записке Barclays подчеркивается, что «законопроект ясно демонстрирует решимость пойти дальше, чем ранее, в стремлении нанести ущерб России». Тут стоит отметить, что в решимости сенаторов-русофобов нанести ущерб Москве и раньше никто не сомневался. Вопрос был лишь в том, насколько рациональные представители американской элиты смогут тормозить деструктивные и вредные для самих США санкционные поползновения тех, кто на почве ненависти к России и Дональду Трампу готов на все.

В деструктивность санкций для самих Штатов многим трудно поверить, ведь прямолинейная логика указывает на простую конструкцию: чем жестче санкции, тем хуже России, а она мало чем может навредить Америке. Значит, санкции — лучший инструмент воздействия на Россию. А кто считает иначе — тот «кремлевская пропаганда». Проблема в том, что если исходить из такой интерпретации возможностей США и последствий санкций, то в стройные ряды кремлевских пропагандистов придется записать, например, американского экс-министра финансов Джека Лью, который, будучи еще министром во второй срок Обамы, объяснял примерно тому же составу сенаторов-русофобов, требовавших «жестко наказать Россию за Крым и Сирию», что санкциями нельзя увлекаться. И приводил очень прагматичные причины:

«Наша центральная роль (в мировой финансовой системе. — Прим. авт.) не должна восприниматься как нечто само собой разумеющееся. Если иностранные юрисдикции и компании чувствуют, что мы будем применять санкции, в особенности вторичные, без достаточных обоснований и по неуместным причинам, нас не должно удивлять, что они ищут способы избегать транзакций в США или в долларах. И чем сильнее мы будем связывать использование доллара или нашей финсистемы с подчинением американской внешней политике, тем выше будет риск миграции к другим валютам и финансовым системам. Такой исход — не в интересах Соединенных Штатов, и мы должны стараться его избежать».

Это не кремлевская пропаганда говорит, что санкции навредят самим США. Это тезисы топового финансиста Барака Обамы. Человека, который смог убедить в этом беснующихся от крымской пощечины американских политиков в 2016 году. От того, сможет проявить подобную убедительность его преемник Стивен Мнучин, ценность аргументов не изменится. Если Вашингтон действительно захочет мощным рывком принудить к дедолларизации одного из крупнейших экспортеров нефти и газа на планете, то сложности в российской финансовой системе будут краткосрочными (или — в худшем случае — среднесрочными). А вот ущерб долларовой системе будет нанесен навсегда.

Комментарии